Трудоголик

Алексей был трудоголиком настолько, что даже на корпоративных праздниках, когда все очень стараются забыть о работе, говорил о ней.

Из офиса уходил ровно в десять вечера, и ни минутой раньше. Впрочем, и не позже. Но это не важно, потому что Алексей всё равно брал работу на дом и сидел за компьютером до утра — отчего практически никогда не высыпался.

Зарплата у Алексея была высокая — в отличие от должности. Он очень ценился как сотрудник и вызывал повышенный интерес у коллег как человек. Над ним втихую посмеивались, однако с затаёнными завистью и уважением здоровались утром и прощались вечером.

Уважали за ум и усидчивость. Завидовали зарплате. А смеялись над всем остальным: необыкновенная преданность работе, внешний вид, манера общения, блуждающий взгляд…

Алексей был айтишником, как модно сейчас говорить. Железячник и программист в одном лице. До мозга костей. Со всеми вытекающими: дома вечный бардак и сантиметровый слой пыли, но зато посреди этого бардака, без единой пылинки, стоит компактный компьютерный стол. На столе красуются двадцатидвухдюймовый монитор, клавиатура и мышь. Слева от стола системный блок, справа — сабвуфер. По комнате разбросаны пять колонок-саттелитов.

Личной жизни у Алексея не было. Женщины, по его разумению, были существами в доме совершенно ненужными, ибо мешали работать.

А работал Алексей, как уже говорилось, всегда. Вот только сегодня впервые не было желания что-то делать. Может быть потому, что голова разболелась. Тем не менее, домой он пришёл как обычно — в начале двенадцатого. Переобулся в тапочки и прошёл в ванную. Умылся, вымыл руки и прошёл на кухню. Открыл старенький холодильник “ОКА-IIIM” и извлёк оттуда коробку с яйцами. Пельмени решил оставить на завтра. Подумал и достал майонез с кетчупом. Разбил два яйца в чашку, выдавил майонеза и взбил…

Жадно поглощая омлет, Алексей размышлял о головной боли. И чем дольше размышлял, тем больше утверждался во мнении, что всё-таки не она является причиной нерабочего настроения. Можно было списать всё на лень — даже у трудоголиков она изредка проявляется. Но лень тут ни причём. Кодинг — единственное, к чему Алексей испытывал неподдельную страсть.

Но не сегодня.

Грязная посуда была отправлена в мойку, и программист решительным шагом направился к компьютеру. Десять минут ушло на то, чтобы перечитать новые сообщения на нескольких технических форумах. Пятнадцать минут ушло на безразличное рубилово в кваку по сети. И, наконец, пять минут — на ознакомление с последними новостями.

После Алексей скинул с флешки наработки, открыл программный код и какое-то время просматривал его в поисках багов. Их оказалось предостаточно. Алексей только покачал головой. Фиксить это безобразие сейчас не было никакого желания. Да и голова разболелась неимоверно.

Программист вздохнул. Включил сборник ирландского фолка и лёг на диван.

Музыка расслабляла. Перед закрытыми глазами Алексея проносились зелёные звенящие долины и снежные вершины. Манил горизонт. Где-то там — он знал — берег океана… Где-то там, на закате…

“Верни утраченное, славу обрети, — доносился из колонок девичий голосок. — И пусть умрёшь, но зная, что свободен. Поведай миру тяготы пути, что терпеливо был тобою пройден…”

Алексей вскочил. Уставился на монитор. Эти слова он впервые слышал. Сам трек заезжен до дыр. Музыка без слов, инструментальная. Откуда слова? Да ещё на русском. Исполнитель-то английский… Он слышал это впервые. Впервые? Но отчего же так заныло сердце?.. Длительный болезненный укол… Алексей схватился за грудь…

И вспомнил…

— …За проявление небывалой силы, невероятной отваги и твёрдой решимости во время обороны города от беспощадных захватчиков; за спасение дочери короля, принцессы Элены, от верной погибели; за поимку беглого преступника и жесточайшего убийцы, приговорённого к повешенью; за истребление злобных гулей, терзавших окрестные селения; за прочие неисчислимые и неоценимые заслуги перед Золотым Престолом и его народом — награждается рыцарь Алексей Кайвэнский. Почётным орденом Золотого Престола “За отвагу”. Изумрудным Крестом и Терновой Ветвью первых степеней. Кроме того, несравненный сэр Алексей получает в награду золотую шпагу с пояса самого короля — как знак наивысшего доверия, а также — внимание! — руку спасённой им принцессы Элены! Свадьба состоится ровно через неделю. Вас всех ждёт великий праздник, горожане!.. Но и это ещё не всё. Доблестный сэр рыцарь получает возможность посетить лабораторию королевского чародея, сильнейшего из когда-либо существовавших, дабы Магистр исполнил его самое заветное желание. Восхваляйте! Восхваляйте, горожане, первого рыцаря королевства! Слава! Слава герою!..

…Алексей не был счастлив. Он сражался с захватчиками, уничтожал чудовищ, ловил преступников. Он владел сердцем прекрасной Элены. Он был правой рукой короля и однажды сам должен был стать королём. Любой бы позавидовал такой судьбе.

Но Алексей не был счастлив. Его не покидало ощущение, что он не на своём месте. Наверное, ничего не может быть хуже, чем быть лучшим в деле, которое тебе не по душе. Ничего не может быть хуже, чем жить чужой жизнью. Единственное, что скрашивало тоску рыцаря — это любовь к принцессе. Как бы не сложилась его дальнейшая судьба, он всегда будет рядом с ней. Это было чистое бескорыстное чувство, которым Алексей очень дорожил. Как и самой Эленой. Впрочем, несомненно, ею он дорожил больше. Если бы, скажем, девушка разлюбила Алексея, он всё равно был бы рядом. Она бы ничего не знала о его существовании, но он был бы рядом. Бесшумной тенью, оберегающей от невзгод.

Рыцарь очень надеялся, что, исполнив желание, чародей не затронет переплетение их с Эленой судеб. Но ещё больше рыцарь надеялся на то, что желание действительно будет исполнено.

Лаборатория Магистра Магии, имя которого не знал даже сам король, была именно такой, какой её представлял Алексей. Огромный стол, заваленный пергаментами и всевозможными стеклянными сосудами с разноцветными жидкостями; длинные стеллажи с клетками, в которых сидели, стояли, спали, кричали и прыгали невиданные животные; огромный книжный шкаф, полки которого ломились от неимоверного количества толстенных фолиантов. В дальнем углу, над мраморной высокой подставкой, прямо в воздухе висел сверкающий ярко-зелёный шар. Он непрерывно кружился. А также искрился, потрескивая.

Чародея в лаборатории не было. Стоило Алексею мысленно задаться вопросом, куда же он запропастился, как за его спиной тихонько скрипнула дверь. Магистр предстал перед рыцарем в том облике, в котором его знали все. Интеллигентного вида пожилой человек, очень стройный для своих лет — прилегающий колет хорошо это подчёркивал. Подбородок чародей всегда держал приподнятым, из-за чего создавалось двоякое впечатление, что он либо смотрит на всё и вся свысока, либо ему просто-напросто мешает накладной батистовый воротник. Либо и то, и другое.

— Алексей, — тут же заговорил Великий Магистр, заложив руки за спину, — у меня много работы, потому сразу перейдём к делу. Не знаю, что там тебе наобещал наш многообещающий король, но я далеко не всемогущ. Это раз. Ну а два — чего же ты всё-таки хочешь?

Рыцарь ответил раньше, чем успел подумать:

— Быть счастливым.

Чародей приподнял брови, требуя уточнения.

— Хочу жить, занимаясь любимым делом.

— А если эта жизнь будет в другом мире? — задумчиво спросил Магистр.

— Возможно, что так я буду ещё счастливей, — пожал плечами Алексей. Тут же, спохватившись, добавил, — конечно же, если и там буду с Эленой.

В лаборатории повисла тишина. Конечно, если можно назвать тихой комнату, наполненную галдежом чудных зверей. Однако долгое молчание Чародея воспринималось Алексеем не иначе как тишиной. Он не слышал ничего, ожидая ответа.

— Алексей, — наконец сказал он, — я могу перенести тебя в мир, где ты будешь тем, кем являешься в глубине своей души. Что же касается Элены — она будет с тобой, ежели действительно желает того. Если нет — ты там окажешься один. Решай.

Рыцарь не раздумывал:

— Я согласен, — радостно воскликнул он. — Она будет со мной! Я же знаю, как она любит меня!

— Вот и хорошо, — без тени улыбки сказал чародей. — Подойди к тому шару в углу, положи на него руки, закрой глаза и подумай о том, чего хочешь. Помечтай.

Алексей прошёл к мраморной подставке и положил руки на мерцающий ярко-зелёный шар без тени сомнений. На ощупь тот был стеклянным и обжигающе холодным. Вращаясь, он щекотал ладони. Рыцарь закрыл глаза и подумал…

…Невероятная боль… Удар… Резкий глубокий вдох…

…Его неистовый крик — детский плач…

…Тепло… Ласка… Любовь…

…Мама…

…Алексей кричал, а кто-то из соседей снизу разъярённо барабанил по батарее. Программист замолчал. В голове машинально пронеслась мысль: “Вот люди, блин. А если это меня убивают?..”

Голова болела неимоверно. А где-то, далеко-далеко, слышалось непрерывное эхо: “Верни утраченное… верни утраченное… верни утраченное…”

Алексей быстро прошёл в ванную и как следует умылся. Вернулся в комнату. Всё это время странные слова в ноющей голове не утихали. Он схватился за волосы и стал ходить по комнатёнке. “Не может быть! Всё настолько реально. Неужели можно вернуться? Неужели я, баран, променял такую жизнь на это? А Элена? Неужели она меня не любила?.. Как же так? Что же это?.. Ведь это всё неспроста. Значит я могу вернуться… Вернуть всё. Вернуть её… Вернуть утраченное и обрести славу… Но как же? Как…”

Взгляд Алексея упал на монитор. Программист нахмурился: “Чёрт возьми! Ведь эта функция должна была вернуть “false”. Вот баран! Такая элементарщина!”

Он быстро сел за стол и стал тарабанить пальцами по клавиатуре. Через несколько минут головной боли как не бывало.

Всё-таки кодинг — единственное, к чему Алексей испытывал неподдельную страсть.


Мини-словарь компьютерного жаргона:
Кодинг — написание программного кода;
Квака (Quake) — культовая компьютерная игра в жанре шутера от первого лица;
Баг — ошибка в программе;
Фиксить — исправлять ошибки в программе.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *